Главная > Сексуальная жизнь в Древнем Риме > Таков, вкратце, рассказ Ливия об этом…

Таков, вкратце, рассказ Ливия об этом…

Таков, вкратце, рассказ Ливия об этом деле и его последствиях. Возможно, автор придал ему романтическую окраску, свойственную всему стилю Ливия, но в целом факты изложены им верно. Но мы должны сделать одно примечание: отнюдь не аморальные действия, связанные с этим культом, реальность которых мы не можем ни проверить, ни обсуждать, заставили власти принять строгие меры; в первую очередь правящие лица вмешались потому, что почувствовали опасность самому существованию государства, исходящую от этих тайных обществ, особенно когда следствию стало известно о таких регулярно практиковавшихся преступлениях, как убийства и фальсификация документов. В то время Римское государство не могло допустить существования внутри себя любой другой силы, о которой оно не знало или которой не могло управлять. Как только оно лишилось силы для предотвращения функционирования подобных обществ, то растеряло весь свой авторитет, и началась гражданская война.

Так или иначе, столь суровые меры Сената и консула против развратных и преступных вакханалий оставили на них несмываемое клеймо. Есть сведения, что Цезарь восстановил почитание Вакха, но достоверность их сомнительна. Однако из письменных источников, оставшихся от вакхических сообществ, мы знаем наверняка, что в более поздние времена этот культ возродился в сочетании с другими заимствованными культами – Исиды, Митры и Великой Матери.

5. Кибела

В этой связи пора обратиться к Бахофену, хотя, как мы говорили, ученые в целом игнорируют его труды. Ему принадлежит замечание: «Восток пытался возложить новое ярмо на Запад посредством религий». Но Рим, оказав столь сильное противодействие первой попытке внедрения пришедшего из Азии культа, доказал, что осознает ход всемирной истории. Бахофен в этом отношении говорит: Рим представляет и воплощает идеал высшей морали, противостоящей азиатской чувственности; и в этом смысле, полагает он, Рим выполнил свою истинную задачу. На такую концепцию истории сильное влияние оказал Гегель. Мы не можем всецело согласиться с ней, но полагаем, что подобные далеко идущие идеи должны стимулировать нас на углубленное изучение римской жизни и истории. Вероятно, к Бахофену мы должны относиться так же, как к Ницше, который в целом, разумеется, ошибался, но, безусловно, был прав во многих частностях и в таком качестве является постоянным стимулом для мыслителей. Однако вернемся к нашей теме. Закроем ее еще одной цитатой из Бахофена. Он пишет в своей книге «Легенда о Танакиль»: «Чтобы излечить Италию от язвы в лице Ганнибала, с фригийской родины римлян был доставлен бесформенный метеорит. Рим, город Афродиты, ужаснулся тому, что столь надолго забыл о своей матери, признавая исключительно отцовскую власть как политический принцип».

Что имеет в виду Бахофен? Заимствование из Малой Азии культа Кибелы, богини, которую римляне называли Magna Mater («Великая Мать»). Ее культ, разумеется, обладал некоторыми сексуальными чертами, и, хотя конкретные детали нам неизвестны, мы должны его упомянуть. Ливий дает нам наивное описание расцвета этого культа в Риме. Это произошло в 204 году до н. э., незадолго до последнего кризиса войны с Ганнибалом, то есть в эпоху, когда страна была надломлена длительными тяжелыми войнами и сопутствовавшими им бедствиями. В этой ситуации римляне легко поддавались распространению новых культов со множеством мистических обрядов. Децемвиры нашли в книгах Сивиллы пророчество на этот счет: «Когда бы какой чужеземец-враг ни вступил на италийскую землю, его изгонят и победят, если привезут из Пессинунта в Рим Идейскую Матерь» (Ливий, xxix, 10). Имелся в виду священный метеорит, фетиш Кибелы, который был привезен царем Атталом из Пессинунта в Пергам и установлен в святилище под названием Мегалесион (Варрон. О латинском языке, vi, 15). Соответственно символ богини был торжественно перевезен в Италию.

Ливий рассказывает (xxix, 14): «Публию Корнелию было приказано идти вместе со всеми матронами навстречу богине, принять ее, снести на землю и передать матронам. Когда корабль подошел к устью Тибра, Корнелий, как было приказано, вышел на другом корабле в море, принял от жрецов богиню и вынес ее на сушу. Ее приняли первые матроны города, среди них была знаменитая Клавдия Квинта. До того о ней говорили разное, но такое служение богине прославило в потомстве ее целомудрие. Богиню несли на руках посменно; весь город высыпал ей навстречу; перед дверями домов, мимо которых ее несли, стояли кадильницы с ладаном; молились, чтобы она вошла в Рим охотно и была милостива к нему. Ее поместили в храме Победы на Палатине»[53]. Другие свидетельства утверждают, что, как только богиня достигла Тибра, начались чудеса. Например, по молитве Клавдии корабль с образом богини, севший на мель в Тибре, снялся с мели и так далее.

Комментировать