Главная > Половая жизнь > Слышал, что около 20 процентов разводов происходят на сексуальной почве. Как избежать этого?

Слышал, что около 20 процентов разводов происходят на сексуальной почве. Как избежать этого?

Процент разводов колеблется: в разные годы бывает и 20 и 40 – я говорю о разводах, связанных с сексуальной несовместимостью.

На вторую часть вопроса – как избежать этого – отвечает вся книга.

Каждый из нас, если захочет, может свести до минимума сексуальную неудовлетворенность. Тогда снизится и количество разводов по этой причине. Конечно, бывают ситуации, когда половая жизнь невозможна, хотя люди друг друга любят. Поражения половых органов, болезни, связанные с параличом… Но в этом случае, если развод все‑таки происходит, то не из‑за сексуальной несовместимости, а по причине, видимо, нежелания ухаживать за больным, то есть в какой‑то степени жертвовать собой.

Я знаю немало случаев, когда любовь вспыхивала с особой силой именно при болезни одного из любящих. Отношения между ними становились столь трогательными, столь возвышенными, что можно было лишь удивляться резервам человеческой психики. Хотя, конечно, мне известны и случаи, когда из‑за болезни одного из супругов пара распадалась в короткий срок. Всякое бывает в жизни, но многое зависит именно от нас.

Да, многое, поверьте, зависит от нас самих. Есть люди, способные преодолеть невероятные сложности, выходить с честью из, казалось бы, безвыходных положений.

Расскажу историю о Сергее Сергеевиче (имя я заменил, но история подлинная), которая, как мне кажется, поможет вам поверить в свои силы.

Иногда, сравнив свою жизнь с жизнью другого человека, понимаешь: твои трудности на самом деле вовсе и не трудности. Герой моего рассказа всего в жизни добивался самостоятельно. Мать, простая работница на кондитерской фабрике, умерла, когда ему исполнилось 16, а отец бросил семью, когда Сергею не было и 10 лет, с тех пор отношений с сыном не поддерживал.

…И вот ему 35 лет. Красив, спортивен, обаятелен и сексапилен. С детства увлекся химией и немало сделал в науке. Кандидат наук. Заканчивает работу над докторской диссертацией. Занимает пост заместителя директора крупного института.

Замечательная красавица жена, двое прелестных детей – 12 лет сыну, 10 лет дочери. Машина, дача, хорошая квартира.

Все отлично. Друзья помогают, враги завидуют, коллеги почитают, родственники восхищаются.

Однажды, возвращаясь на своей машине домой, Сергей Сергеевич, попадает в аварию.

Сотрясение мозга, переломы ног и рук, ребер, повреждены челюсти, серьезная травма глаза.

Ему еще повезло – его сразу отвезли в лучшую клинику города. Там он провел более двух лет.

Первое время жена приезжала к нему ежедневно, потом раз в неделю, затем раз в месяц, а через год она призналась, что встретила другого человека и влюбилась в него.

Он, понимая, что жить с ним – одно мучение, дал ей развод.

Как быть? Что делать? Врачи переводят на инвалидность.

Сам Сергей Сергеевич больше всего беспокоился, сохранится ли у потенция: сексуальность его не только не притупилась, а, как ни странно, усилилась.

В больнице он приударял за всеми медсестрами. Но успехом пользовался только у стареньких санитарок. Уж больно вид был страшный: обрубок правой ноги, культя левой руки, зияющая глазница (один глаз сохранить не смогли), отсутствие зубов. Казалось бы, итог один – пожизненная инвалидность.

Нет!

Он прошел курс лечения. Каждый день занимался. Расположил к себе всех сотрудников больницы. Его палата стала рабочим кабинетом.

Книги, телефон, компьютер. Ему помогали ученики, его друзья стали помощниками, выполняя роль курьеров, секретарей, редакторов, библиографов.

Пока он лежал в больнице в разных отделениях, пока делали протезы (рука, нога, глаз, челюсти), закончил докторскую диссертацию. Еще плохо двигаясь, не очень четко произнося фразы, он через три месяца после выхода из больницы защитил ее.

Его доклад слушали особенно внимательно, понимая, как трудно человеку без руки, ноги, глаза переходить от чертежа к чертежу, как тяжело после нескольких челюстно‑лицевых операций отвечать на вопросы…

После этого Сергей Сергеевич получил хорошо оплачиваемую высокую должность. С трудом восстановил права на вождение машины. Друзья помогли купить отдельную квартиру.

Один вопрос продолжал тревожить Сергея Сергеевича – женский.

Ему хотелось любить и быть любимым.

Но кто полюбит человека без единого зуба, с одним глазом, без ноги и руки?

Казалось бы, принимай жизнь такой, какая она есть. Ставь крест на личной жизни. Уходи целиком в науку. Сублимируйся. Радуйся, что бывшая жена позволяет встречаться с детьми, что есть интересная работа, штат помощников.

Благодари судьбу, что выжил. Время от времени меняй протезы, ибо каждый год появляются улучшенные конструкции. Но…

«Нет, – говорил Сергей Сергеевич. – Я найду ту, которая полюбит меня. Она должна быть молодой, умной, красивой, доброй, отзывчивой, верной.»

И не просто говорил, а действовал.

Понимая, что девушки сами к нему не придут, он начал их искать: ходить в театры, на банкеты, семинары, заседания различных клубов, завел переписку в Интернете (Интернет в России только‑только начал развиваться).

Он запретил себе романы на работе. Отрубил. Хотя именно на работе на него посматривали с особенным интересом лаборантки, молоденькие сотрудницы научного отдела, ибо имя его в фирме, которую он возглавлял, было окружено ореолом тайны, романтичности и восхищения.

Составил для себя четкую систему действий, план устройства личной жизни.

Как действовал Сергей Сергеевич?

Он знакомился с какой‑нибудь девушкой. И недели две‑три говорил с ней только по телефону. Раз в неделю новая знакомая получала от него удивительно нежные письма, на которые требовалось отвечать. Посыльные приносили ей цветы, конфеты, милые сувениры.

«Я хотел понять своих знакомых, – объяснял Сергей Сергеевич, – узнать, насколько они образованны, как мыслят, что читают, чем интересуются, как говорят по телефону, в какой степени могут понять другого человека, умеют ли его слушать.»

Наконец он назначал первое свидание (скажем, в кафе) и при этом предупреждал:

– Если меня не будет, вы проходите, вас усадят за столик. Это мое кафе – там есть мой столик.

Девушка приходила. Ее подводили к столику с табличкой «Стол заказан».

Через пятнадцать минут появлялся Сергей Сергеевич.

Дымчатые очки, скрывающие глаза, почти не говорил, (чтобы незаметны были вставные зубы), умело задавал вопросы, внимательно слушал, мало ел, но постоянно что‑то подавал ей правой рукой.

Потом извинялся, объяснял, что ему нужно позвонить, отходил.

А через короткое время к столику подходил официант и предлагал девушке довести ее до машины.

В машине уже ждал Сергей Сергеевич.

Он довозил ее до дома.

– Вы простите меня, но я не буду провожать вас до квартиры, – говорил он, прощаясь.

Так продолжалось месяц.

Хороший ужин, подарки, проводы домой.

В конце концов она не выдерживала и спрашивала:

– Почему наши встречи проходят так странно?

– Я боюсь, – говорил он. – Ты такая хорошенькая, такая молоденькая, а я уже старый. Боюсь показаться назойливым. Мне просто хочется делать тебе приятное, побыть в твоем обществе. Если тебе это в тягость, я же действительно старый человек, почти сорок лет, то мы можем прекратить наши встречи хоть сейчас. – И тихим голосом добавлял: – Но я бы этого не хотел.

– Ой, какая это старость, – восклицала она искренне, – тебе всего 38 лет.

Тогда он как бы признавался ей:

– У меня ведь не рука, а культя. Ты же давно обратила внимание на мой протез.

– Ой, какая ерунда, – произносила она, обнимая его.

Но он прощался.

Затем наступала вторая часть – театральная.

Ритуал соблюдался.

Встреча, просмотр спектакля, мгновенное исчезновение. Сотрудник театра подводил девушку прямо к машине, Сергей Сергеевич довозил ее до дому и, не выходя из машины, прощался.

Она опять, не выдерживала, опять задавала свой вопрос:

– Ну почему все так странно? Давай зайдем ко мне, попьем чаю, посидим, послушаем музыку.

Он отвечал ей, чуть отвернувшись в сторону:

– Посидеть можно и у меня. Прекрасная квартира. Много интересных книг, собрание гравюр. Но, признаться, я не просто прихрамываю. Мне все еще трудно ходить. Это не моя нога – протез. – И он стучал рукой по протезу своей левой ноги.

Она смотрела на него и опять же искренне восклицала:

– Милый, ты такой умный, ты так много знаешь, с тобой так интересно. Это мелочи – протез ноги. Пойдем ко мне.

– Нет, – обрывал он, – в другой раз.

Проходил еще месяц.

«Мне хотелось понять, – говорил Сергей Сергеевич, – есть ли у моих девушек терпение. Умеют ли они ждать? Способны ли они на сочувствие, могут ли сдерживать себя? Я же искал любви, а не девушку для развлечения.»

Следующий месяц уходил на поездки по городу. Он показывал ей ночной город, рассказывал об архитектуре, вспоминал о детстве, а самое главное – о многом расспрашивал: как она жила, как прошло ее детство, о чем мечтает? И никакого секса. Даже невинного поцелуя не позволял он себе.

А на девятой или десятой ночной прогулке по городу, прощаясь, он снимал свои дымчатые очки и говорил:

– Ты не все обо мне знаешь. У меня один глаз. Второй – искусственный.

Маленькое замешательство.

Но она произносила:

– Какие мелочи, милый! Я полюбила тебя. Каким бы ты ни был, я очень люблю тебя. Да, ты старше, да, твоя нога, рука, но ты умница и добрый, ты благородный. Но, может быть, ты когда‑нибудь расскажешь про себя, что случилось с тобой, почему у тебя все так сложно.

Он уклонялся от ответа.

– Не будем говорить о моем прошлом. Поедем ко мне домой, хочешь? Ты же призналась мне в любви.

После этого они приезжали к нему.

В последнюю очередь Сергей Сергеевич рассказывал о своей вставной челюсти и признавался, что при поцелуе она может выпасть.

Тем не менее роман расцветал. Встречи, проводы, совместный отпуск.

Таких романов было несколько.

Почему несколько? Да потому, что не все девушки выдерживали его требовательный характер, не все до конца представляли трудности жизни с инвалидом. И он расставался с ними.

«Да, наверное, я поступал ужасно, – рассказывал Сергей Сергеевич, – но как только начинался роман с девушкой, я тут же искал ей замену, предчувствуя, что через три‑четыре месяца, максимум пять, я могу стать ей в тягость. Она или будет мне изменять, или, сдерживаясь, доведет себя до невроза.»

Очередной роман. И через полгода озарение, ему больше никто не нужен, можно больше не искать. Шестая девушка стала его женой.

Разница почти в двадцать лет. Но это ее не пугало.

Она родила ему сына.

Они живут дружно. Сначала отметили годовщину со дня свадьбы, потом пятилетие…

Он издает свои книги, ездит за границу, преподает.

Такая жизнь у Сергея Сергеевича.

Я хотел бы, чтобы читатель (да простит он мне дидактичность) сделал два вывода.

Нет безвыходных положений. Нужно верить в собственное Я.

Как же мы, люди, у которых две ноги и две руки, два глаза и не вставные челюсти, как же мы не умеем пользоваться тем, что нам дано природой?! Есть такой афоризм в Японии: «Если у вас нет трудностей, купите их – тогда вы большего добьетесь в жизни».

Когда вам станет невыносимо трудно, когда все начнет валиться из рук, когда вы столкнетесь с изменой близкого человека, пожалуйста, вспомните историю, которую вы только что прочитали.

– Что такое порнография?

– Это когда думаешь, что знаешь все, а тут вдруг – ТАКОЕ!

(Из разговора двух студенток)

Комментировать