Главная > Половая жизнь > Маленький ребенок спросит так у родителей: «Что такое рождение человека?», подросток – «Что такое половая жизнь?», юноша – «Что такое любовь?»

Маленький ребенок спросит так у родителей: «Что такое рождение человека?», подросток – «Что такое половая жизнь?», юноша – «Что такое любовь?»

Как учитывать психофизиологические особенности детей, подростков и юношей?

Постарайтесь понять своих детей, почаще вспоминайте свое детство и не поступайте так, как поступали родители авторов этих двух писем:

«Мама одна воспитывает меня и мою младшую сестру. Отец у нас давно погиб.

На мой вопрос, откуда берутся дети, она отвечала, что женщина покупает в аптеке таблетку, пьет ее, и через некоторое время ей разрезают живот и оттуда достают мальчика или девочку. И при этом она демонстрировала мне свой шов на животе (он у нее остался после аппендицита). И я этому долго и упорно верила!

Потом в школе (это было в пятом классе, я хорошо запомнила) мы на перемене вдруг стали обсуждать с девочками эту тему. И каково же было мое удивление, когда одна из них сказала, что дети вылезают (!) откуда‑то «оттуда». Я этому не поверила.

Летом я поехала в пионерлагерь. Здесь мое просвещение продолжалось, набирало обороты. Какие только извращения я не услышала! Даже неприятно об этом писать, но что делать, ведь противников просвещения на эту тему еще много, так что пусть узнают, как постигала все азы половой жизни маленькая девочка.

Одна из девчонок утверждала, что для того, чтобы родить ребенка, надо спать в постели с мужчиной. Но это еще не все. Надо, чтобы мужчина (извините за такие слова, но именно так и было сказано) лизал переднее место у женщины, а потом женщина сосала у мужчины его переднее место. И при этом она заявила, что не может себе представить своих отца и мать за этим занятием.

Я была убита! Ведь я тоже не могла вообразить себе такое. Но тут же другая девочка опровергла это, сказав, что для того, чтобы забеременеть, достаточно и мужчине и женщине надеть на ночь трусы больше своего размера, и все! Тут все мы пришли к выводу, что, когда будем взрослыми, воспользуемся именно этим способом.

Да, и грустно, и смешно, и обидно за всю эту бурду, что царила в наших головах.

Ни от одного взрослого за всю свою жизнь я не услышала ни единого слова об «этом». А ведь в том юном возрасте так нужно было знать правду, чтобы не забивалась голова всякими извращениями.

В шестом классе у ребят появились порнографические фотографии, и потом они уже не дергали девчонок за косички, а старались ударить в спину, толкнуть в грудь, схватить за руку. И девчонки, в свою очередь, обсуждали на переменах, какой мальчик симпатичнее.

Так росла я, росли и мои знания о половой жизни. Сейчас я себя считаю почти грамотной в этом вопросе. Тем более в последнее время стали появляться публикации о сексе.

Но почему не смешно, когда моя 17‑летняя подруга спрашивает: «Как выглядит презерватив? А то парень предложит, скажет, ничего не бойся, есть презерватив, а вдруг обманет, ведь я эту вещицу ни разу в глаза не видела?»

Вот такие дела…»

Светлана С., 19 лет, студентка, г. Мурманск

«Выросла я в до боли интеллигентной семье, где разговоры на эту тему всегда были запретными.

Два года назад я встретила парня и полюбила его. Но в этом деле ничего не понимаю, не знаю – что, где и как. Сначала не могла переступить через воспитание, а теперь уже что‑то не то. Вы правы: браки из‑за сексуальных расстройств и незнания не только распадаются, но и не сбываются! Так, наверное, будет и у меня. Слышала краем уха про фригидность, взяла себе в голову, измучила парня. Он ершится: «Сколько девчонок у меня было, со всеми получалось, а с тобой – одни мучения. А я ведь вроде нормальный». Теперь и он начал говорить о каком‑то своем неправильном строении. В общем, отношения ни к черту стали, а ведь мы любим друг друга.

Я проклинаю своих родителей. Мне очень тяжело и плохо. Взрослые! Вы оглянитесь вокруг, чего вы добились своими запретами?! Все мои подруги в 17–18 лет сделали по нескольку абортов. И не надо винить их в том, что нет головы на плечах, просто человеку присуще познание нового, а вы сами говорите, что мы акселераты.

Наша вина есть, но ваша – больше. Все настолько запуганы, что лучше наложить на себя руки, чем признаться матери в том, что «залетела»!

Мне страшно. Замуж выходить боюсь и не хочу…»

Т. Е., 18 лет, студентка, г. Одесса

Детей секс волнует, беспокоит, интересует. Понимаю, некоторым читателям будет сложно понять все, что по поводу детской сексуальности писал Зигмунд Фрейд, и тем не менее прошу внимательно прочитать фрагмент из его книги, которая так и называется – «О детской сексуальности».

«…Разве существует инфантильная сексуальность? – спросите вы. Разве детство не представляет собой тот период, который отличается отсутствием сексуального влечения? Конечно, господа, дело не обстоит так, будто половое чувство вселяется в детей во время периода полового развития, как в Евангелии сатана в свиней. Ребенок с самого начала обладает сексуальными влечениями и деятельностью, он приносит их в свет вместе с собой, и из этих влечений образуется благодаря весьма важному поэтапному процессу развития так называемая нормальная сексуальность взрослых. Собственно, вовсе не так трудно наблюдать проявления детской сексуальности, напротив, требуется известное искусство, чтобы просмотреть и отрицать его существование.

Благодаря благосклонности судьбы я в состоянии привести свидетеля в пользу моих утверждений из вашей же среды. Я могу показать вам работу доктора С. Белла, которая напечатана в 1902 году. Автор – член коллегии Кларковского университета, в стенах которого мы теперь сидим. В этой работе, озаглавленной «Предварительное исследование эмоции любви между различными полами», работе, которая вышла за три года до моих «Трех очерков по теории сексуальности», автор говорит совершенно так, как я только что сказал вам: «Эмоция сексуальной любви… появляется в первый раз вовсе не в период юности, как это предполагали раньше». Белл работал, как мы в Европе сказали бы, в американском стиле, а именно – он собрал в течение 15 лет ни более ни менее как 2500 наблюдений, среди них 800 собственных. Описывая признаки влюбленности, Белл говорит: «Беспристрастный ум, наблюдая эти проявления на сотнях людей, не может не заметить их сексуального происхождения. Самый взыскательный ум должен удовлетвориться, когда к этим наблюдениям прибавляются признания тех, кто в детстве испытал эту эмоцию в резкой степени и чьи воспоминания о детстве довольно точны». Больше всего удивятся те из вас, кто не верит в существование инфантильной сексуальности, когда они услышат, что влюбленные дети, о которых идет речь, находятся в возрасте трех, четырех и пяти лет.

Я не удивлюсь, если вы этим наблюдениям своего соотечественника скорее поверите, чем моим. Мне посчастливилось недавно получить довольно полную картину соматических и душевных проявлений сексуальности на очень ранней ступени детской любовной жизни, именно при анализе (искусно проведенном его отцом) 5‑летнего мальчика, страдающего фобией. Напоминаю вам также о том, что мой друг К. Г. Юнг несколько часов тому назад в этом самом зале сообщал о своем наблюдении над совсем маленькой девочкой, которая проявила те же самые чувственные порывы, желания и комплексы, что и мой пациент, притом повод к проявлению этих комплексов был тот же самый – рождение маленькой сестренки. Я не сомневаюсь, что вы скоро примиритесь с мыслью об инфантильной сексуальности, которая сначала показалась вам странной. Приведу вам только пример цюрихского психиатра Блейлера, который еще несколько лет тому назад в печати заявлял о том, что совершенно не понимает моих сексуальных теорий, а затем подтвердил существование инфантильной сексуальности в полном объеме своими собственными наблюдениями.

Если большинство людей, врачи или не врачи, не хотят ничего знать о сексуальной жизни ребенка, то это совершенно понятно. Они сами забыли под влиянием культурного воспитания свою собственную инфантильную деятельность и теперь не желают вспоминать о вытесненном. Вы придете к другому убеждению, если начнете с анализа, пересмотра и толкования своих собственных детских воспоминаний.

Оставьте сомнения и последуйте за мной для исследования инфантильной сексуальности с самых ранних лет. Сексуальный инстинкт ребенка оказывается в высшей степени сложным. Он допускает разложение на множество компонентов, которые ведут свое происхождение из различных источников. Прежде всего сексуальный инстинкт совершенно не зависит от функции размножения, целям которого он служит впоследствии. Он преследует только достижение ощущений удовольствия различного рода. Эти ощущения удовольствия на основании аналогий мы можем рассмотреть как сексуальное наслаждение. Главный источник инфантильной сексуальности – соответствующее раздражение определенных, особенно возбудимых частей тела, а именно, кроме гениталий, отверстий рта, заднего прохода и мочеиспускательного канала, а также раздражение кожи и других слизистых оболочек. Так как в этой первой фазе детской сексуальной жизни удовлетворение находит себе место на собственном теле и совершенно не нуждается в стороннем объекте, мы называем эту фазу термином X. Эллиса аутоэротической. Те участки тела, которые играют роль при получении сексуального наслаждения, мы называем эрогенными зонами. Сосание маленьких детей представляет хороший пример такого аутоэротического удовлетворения посредством эрогенной зоны. Первый научный наблюдатель этого явления, детский врач по имени Линднер в Будапеште, правильно рассматривает это проявление как сексуальное удовлетворение и подробно описывает его переход в другие высшие формы сексуальной деятельности. Другая половая деятельность этого периода жизни – мастурбационное раздражение гениталий, которое сохраняет очень большое значение и для будущей жизни и многими лицами никогда не осиливается вполне. Наряду с этими и другими аутоэротическими действиями у ребенка очень рано обнаруживаются те компоненты сексуального наслаждения, или, как мы охотно говорим, либидо, которые требуют в качестве объекта другое лицо. Эти компоненты появляются попарно, как активные и пассивные, я назову важнейшими представителями этой группы удовольствие от причинения боли другому лицу (садизм) и его пассивную пару – мазохизм, а также активную и пассивную страсть к познанию, от пассивной пары – стремление к положению художника и артиста. Другие проявления сексуальной деятельности ребенка относятся уже к выбору объекта любви. При этом главную роль в сексуальном чувстве играет другое лицо, что первоначально находится в зависимости от влияния инстинкта самосохранения. Разница пола не играет в этом детском периоде определяющей роли. Вы можете вполне справедливо каждому ребенку приписывать частицу гомосексуальной склонности.

Эта богатая содержанием, но диссоциированная сексуальная жизнь ребенка, при которой каждое отдельное влечение независимо от другого служит получению удовольствия, испытывает слияние и организацию в двух главных направлениях, благодаря чему к концу периода полового развития образуется окончательный сексуальный характер индивидуума. С одной стороны, отдельные влечения подчиняются господству генитальной зоны, благодаря чему вся сексуальная жизнь направляется на функции размножения, а удовлетворение отдельных компонентов остается только как подготовление и благоприятствующий момент собственно полового акта. С другой стороны, выбор объекта устраняет аутоэротизм, так что в любовной жизни все компоненты сексуального инстинкта должны быть удовлетворены на другом любимом лице. Но не все первоначальные частные влечения принимают участие в этом окончательном формировании сексуальной жизни. Еще до пубертатного периода некоторые определенные влечения испытывают под влиянием воспитания чрезвычайно энергичное вытеснение, и тогда же возникают такие душевные силы, как стыд, отвращение, мораль, которые, подобно страже, удерживают эти вытеснения. Когда в пубертатный период наступает половодье половой потребности, то это половодье находит себе плотины в так называемых реактивных образованиях и сопротивлениях, которые заставляют его течь по так называемым нормальным путям и делают невозможным воскрешение потерпевших вытеснение влечений. Особенно компрофильные, то есть связанные с испражнением, наслаждения детских лет, а также фиксация на лицах первого выбора подвергаются самым радикальным образом вытеснению.

…Возвратимся еще раз к сексуальному развитию ребенка. Здесь нам придется добавить кое‑что, так как до сих пор мы обращали наше внимание больше на соматические, чем на душевные проявления сексуальной жизни. Наш интерес привлекает к себе первичный выбор ребенком объекта, зависящий от его потребности в помощи. Прежде всего объектом любви является то лицо, которое ухаживает за ребенком, затем это лицо уступает место родителям. Отношение ребенка к своим родителям далеко не свободно от элементов сексуального возбуждения, как это показывают непосредственные наблюдения над детьми и позднейшие психоаналитические исследования взрослых. Ребенок рассматривает обоих родителей, особенно одного из них, как объект своих эротических желаний. Обычно ребенок следует в данном случае побуждению со стороны родителей, нежность которых имеет очень ясные, хотя и сдерживаемые в отношении своей цели проявления сексуальности. Отец, как правило, предпочитает дочь, мать – сына, ребенок реагирует на это, желая быть на месте отца, если это мальчик, и на месте матери, если это девочка. Чувства, возникающие при этом между родителями и детьми, а также в зависимости от этих последних между братьями и сестрами, бывают не только положительные, нежные, но и отрицательные, враждебные. Возникающий на этом основании комплекс предопределен к скорому вытеснению, но тем не менее он производит со стороны бессознательного очень важное и длительное действие. Мы можем высказать предположение, что этот комплекс с его производными является ядерным комплексом всякого невроза, и мы должны быть готовы встретить его не менее действенным и в других областях душевной жизни.

…В то время, когда ребенком владеет еще не вытесненный ядерный комплекс, значительная часть его умственной деятельности посвящена сексуальным вопросам. Он начинает раздумывать, откуда являются дети, и узнает по доступным ему признакам о действительных фактах больше, чем думают родители. Обыкновенно исследовательский интерес к вопросам деторождения пробуждается вследствие рождения братца или сестрицы. Интерес этот определяется исключительно боязнью материального ущерба, так как ребенок видит в новорожденном только конкурента. Под влиянием тех частных влечений, которыми отличается ребенок, он создает несколько инфантильных сексуальных теорий, в которых обоим полам приписываются одинаковые половые органы, что зачастую происходит вследствие приема пищи, а рождение – путем опорожнения через конец кишечника, совокупление ребенок рассматривает как своего рода враждебный акт, как насилие. Но как раз незаконченность его собственной сексуальной конституции и пробел в его сведениях, который заключается в незнании о существовании женского полового канала, заставляет ребенка‑исследователя прекратить свою безуспешную работу. Самый факт этого детского исследования, равно как создание различных теорий, оставляет свой след в образовании характера ребенка и дает содержание его будущему невротическому заболеванию.

Совершенно неизбежно и вполне нормально, что ребенок избирает объектом своего первого любовного выбора своих родителей. Но его либидо не должно фиксироваться на этих первых объектах, но должно, взяв эти первые объекты за образец, перейти во время окончательного выбора объекта на других лиц. Отход ребенка от родителей должен быть неизбежной задачей для того, чтобы социальному положению ребенка не угрожала опасность. В то время, когда вытеснение ведет к выбору среди частных влечений, и впоследствии, когда влияние родителей должно уменьшиться, большие задачи предстоят делу воспитания. Это воспитание, несомненно, ведется в настоящее время не всегда так, как следует.

Уважаемые господа, не думайте, что этим разбором сексуальной жизни и психосексуального развития ребенка мы удалились от психоанализа и от лечения невротических расстройств. Если хотите, психоаналитическое лечение можно определить как продолжение воспитания в смысле устранения инфантильных остатков».

Сын:

– Па, а па! Вот ты все время говоришь, что семья – это маленькое государство. Тогда кто ты?

– Президент, конечно!

– А мама?

– Власть.

– А бабушка?

– ЦРУ.

– А я кто же?

– А ты… ты – народ.

Через час отцу на работу звонок. В трубке срывающийся голос сына:

– Господин президент! К власти пришел другой президент, ЦРУ спит, а народ волнуется.

(Из записной книжки автора)

Комментировать