Главная > Мужики и бабы в русской культуре > ЖЕНСКИЕ СВЯТЫЕ ПОКРОВИТЕЛИ

ЖЕНСКИЕ СВЯТЫЕ ПОКРОВИТЕЛИ

Богородица и святые, считав­шиеся покровителями и заступниками женщин в семейной и хозяйственной сферах. Народное почитание их совмес­тило в себе христианскую и языческую традицию, восхо­дящую к древнерусскому культу женского плодоносящего начала (см. Святые покровители).

Богородица, пользовавшаяся на Руси особым почитанием и выполнявшая функции всеобщей заступницы и помощни­цы, защитницы от бед и напастей, издревле рассматривалась как покровительница женщин, семьи и сферы родовоспрои — зводства. Это следовало из преобладания в ее православном образе материнского начала, благодаря которому Богородица воспринималась не только как Матерь Божия, но и как

Мать («Матушка») каждого человека и рода человеческого в целом. В церковной и народной традиции рождение ре­бенка сопоставлялось с родами Богородицы. Считалось, что она незримо присутствует при каждом таком событии. Бого­родица признавалась покровительницей детей как на «этом» так и на «том» свете, и в этом качестве выступала глав­ной взыскующей силой по отношению к женщинам, совер­шившим наиболее страшные с традиционной точки зрения грехи: аборт, изгнание плода или предотвращение деторож­дения магическими способами.

Образ Богородицы — главной распорядительницы плодо­родной силы — в народной традиции соединился с древни­ми представлениями о Матери сырой земле, совмещающей в себе начало и конец земного бытия. В земледельческой обрядности она часто приравнивалась, а иногда отождест­влялась с плодоносящей землей-кормилицей (ср. бытовав­ший во Владимирской губ. запрет разбивать палкой сухие комья земли на пашне потому, что тот, кто так делает, бьет «саму мать Пресвяту Богородицу»). Связь земли и Богороди­цы закрепилась в народном сознании и благодаря сосредо­точению дней ее почитания, многие из которых считались «праздниками баб», в летне-осеннем периоде календаря: Благовещение (25 марта / 7 апреля), Рождество Богородицы (8/21 сентября), Введение (21 ноября / 4 декабря), Успение (15/28 августа), Собор Пресвятой Богородицы (26 декабря /

8 января), Положение честной ризы (2/15 июля), Положение честного пояса (31 августа /13 сентября), Покров (1/14 ок­тября), а также чествования ее чудотворных икон: Влади­мирской (23 июня / 6 июля), Тихвинской (26 июня /

9 июля), Казанской (8/21 июля; 22 октября / 4 ноября); Смоленской (28 июля / 10 августа), Донской (19 августа / 1 сентября) и т. д. Почти все эти дни приходились на «жен­ское» время года, которое начиналось с «оплодотворения» и «беременности» земли (см. Сеятель), затем созревания и нарастания женской плодоносящей энергии в природе и социуме и заканчивалось сбором урожая (как бы «родами» земли) и периодом свадеб.

Вокруг образа Богородицы сформировалась группа Ж. с. п., иногда частично сливавшихся с нею. Первой среди них была великомученица Параскева Пятница (14/27 октябрЯг 28 октября / 10 ноября). «Параскева Пятница — бабья свя­тая», — говорили в народе, крестьянки верили в ее заступ­ничество и особо отмечали день ее памяти, который получил название «бабьего» или «женского» праздника. Наряду с Бо­городицей ее считали покровительницей брака и просили о замужестве. Например, в Шуйском у. Владимирской губ. «устарелые девицы», желая выйти замуж, молились в день вмц. Параскевы: «Св. мученица Прасковея, подай мне жени­ха поскорее». К ней обращались и в случае тяжелых родов, а в народных легендах она представала повивальной баб­кой. Подобно Божьей Матери Параскева была известна как подательница плодородия земле и скоту. Соединение их образов отразилось и в духовных стихах:

Стояла милостива жена да милосердна

Во край пути да край дорози.

Во сне ей и Пятница явилась,

Сама пресвятая Богородица…

И Богородица, и Параскева почитались защитницами женщин, покровительницами дома и женских занятий, но в образе Параскевы, которая, по народным представлениям, строго следила за исполнением правил, соблюдением жен­щинами временных и поведенческих запретов, более четко была выражена карающая функция, нехарактерная для Бо­городицы. В таком соединении Параскева представлялась оборотной стороной, недаром на некоторых северно-русских иконах старинного письма изображение Параскевы поме­щалось на обороте иконы с ликом Божьей Матери. Сама же тенденция слияния этих образом имеет языческие корни. В ее основе лежат представления о женском божестве древ­нерусского пантеона, возможно, Мокоши; на эту связь указывают некоторые черты внешнего облика Параскевы. Преображенный христианством образ женского божества не только воплотился в Богородице — Параскеве, но и при­соединил к себе черты других христианских святых, счи­тавшихся покровительницами женщин: Анастасии Узоре- шительницы (22 декабря / 4 января), Екатерины (24 нояб — р я / 7 декабря), Варвары (4/17 декабря), праведной Анны (9/22 декабря).

К древнерусскому культу женского начала, ответствен­ного за родовоспроизводство, восходит и почитание Кузьмы — Демьяна (см. Кузьминки). Превращению святых братьев в андрогинное божество, покровительствующее женщинам в свадьбе, деторождении и преумножении домашней птицы, отчасти способствовали такие черты жития бессребреников и чудотворцев св. Космы и Дамиана Асийских, как чествова­ние их вместе с материю прп. Феодотией, а также преиму­щественное исцеление ими женщин и животных женского рода. В народной традиции XIX в. Кузьма-Демьян высту­пал как родовое божество, «кузнец свадеб», выковывающий свадебные венцы и брачные узы, и считался покровителем брака, семьи и домашнего очага. В свадебных песнях к нему обращались: «Матушка Кузьма-Демьян! Скуй нам свадебку…» Женщины и девушки почитали Кузьму-Демьяна как покрови­телей женских занятий; к ним обращались с просьбой о по­мощи в течение всего года: «Кузьма-Демьян, матушка, помоги мне работать!» — или в начале жатвы и других полевых работ: «Кузьма-Демьян — матушка полевая заступница, иди к нам, помоги нам работать!» — а также во время тка­чества и прядения, за которое часто принимались с дня их памяти (см. Пряха). Подобным образом, начиная полевые ра­боты, жатву, прядение и ткачество, обращались к Богородице и Параскеве Пятнице, унаследовавшей от Мокоши главенст­во в сфере женских зимних работ с пряжей и холстом. Вслед за ними покровительство женским хозяйственным занятиям осуществляли святые Анастасия, Екатерина и Варвара. Объе­динение в женском языческом божестве, а затем и в свя­тых покровителях функций нарождения и прядения/ткачест­ва в сакральном плане явилось следствием представлений о ткачестве как способе божественного творения мира и че­ловека в материнской утробе.

Стремление приобщиться к плодородной энергии и зару­читься помощью святых покровителей отразилось в коллек­тивных женских трапезах в складчину. Чаще всего они были приурочены к периоду от дня Жен-мироносиц (вос­кресенье третьей недели после Пасхи) до Троицы. Такой день в народе именовался как «бабий праздник», когда все женщины — именинницы, а устраивавшееся ими пиршест­во называлось «бабьей братчиной» или «моргосьем» («мор — госками»), В ряде мест важной чертой праздника был сбор женщин в церкви на обедне, после которой они заказывали общий молебен. Перед началом пиршества Божьей Матери, Женам-мироносицам или святому, на день которого оно приходилось, делалось подношение: на божницу ставилась миска с кашей из крупы, собранной со всех присутствовав­ших. Присутствие на празднестве только замужних женщин, имевших детей и не утративших репродуктивных функций, а также непосредственное примыкание торжества ко вре­мени активизации русалок, связывает его с аналогичными обрядами у украинцев и белорусов, имевшими целью поми­новение умерших детей и душ, не изживших свой век. В связи с этим женщины нередко собирались на берегу реки, озера или в лесу. Благодаря присутствию святого по­кровителя в ходе совместной женской трапезы плодородная энергия внутри женского коллектива объединялась, очища­лась и перераспределялась вновь, после чего каждая из жен­щин получала возможность благополучного выполнения ро­довой функции в дальнейшем. На связь с родами и забо­той о потомстве косвенно указывает и псковская традиция, в которой воскресенье на неделе Жен-мироносиц считалось «детским праздником»: женщины приносили малолетних детей на службу в церковь, чтобы «приложить» их к святой плащанице. Сходную родовую направленность имело празд­нование на Кузьму-Демьяна «куриных мольб» («кур мо­лить») и «кузьминок».

В конкретных жизненных ситуациях женщина обраща­лась за помощью как к общеженским святым покровителям, так и к целому ряду святых, известных своим заступничест­вом в том или ином вопросе. Молились в дни их памяти, воздерживались от работы, постились, выполняли обеты, к их образам ходили на богомолье. Желая ускорить заму­жество, девушки не только особо чествовали праздники Божьей Матери (особенно Покров и Введение) и вмч. Пара­скевы, но также обращались к св. Андрею (30 ноября / 14 декабря) и Екатерине. Накануне каждого из этих дней или в сам праздник девушки налагали на себя особый пост и молились святым «о ниспослании им хороших женихов». В случае бесплодия или безчадия, когда дети умирали один за другим, и то и другое считалось Божиим наказанием за измену мужу, нерадивость в молитве, несоблюдение постов, нарушение временных запретов на половую близость, чаро­действо. Таким женщинам предписывались очистительные многодневные молитвы и паломничества в святые места. При этом их главной надеждой считалась Богородица, но равносильную помощь они чаяли получить и от прп. Романа Чудотворца (27 ноября /10 декабря), а также прп. Ипатия Чудотворца (31 марта /13 апреля).

Для нормального течения беременности и во избежание выкидыша женщина должна была регулярно креститься, читать молитвы и причащаться. В Пудожском у. Олонец­кой губ. с начала шевеления ребенка беременные каждый вечер с поклонами молились: «Рождество Богородицы, жена Мироносица, зародила неведомо и разроди неведомо. Ми­лостивая пресвятая Богородица, не оставь, не покинь меня грешную, потерпи моим грехам». Во Владимирской губ. в день Рождества Богородицы женщины «на сносях» служили специальные молебны, прося об облегчении родов. Чтобы избежать тяжелых родов, в большие религиозные праздни­ки, а в особенности в день Зачатия праведной Анной Пре­святой Богородицы, им запрещалось выполнять какую-либо серьезную работу и был предписан строгий пост. В течение беременности и во время родов, а также в трудных случаях женщины молились и давали обеты св. Екатерине и Вар­варе, так как они «сами трудились родами», кроме того, св. Анастасии Узорешительнице, как имеющей власть «раз­рушать узы», св. Иоанну Богослову, который, по преданию, помог в родах встреченной им на дороге женщине, и Пара­скеве Пятнице. В некоторых местах для каждого из эта­пов родового процесса существовал свой покровитель. В По­лесье в начале родов повитуха обращалась за помощью к Николаю Угоднику, Иоанну Крестителю, а чтобы способст­вовать открытию шейки матки — к св. Максиму и св. Не­стору. В некоторых местах существовал обычай в случае трудных родов испрашивать прощения за возможные пре­грешения сразу у нескольких святых: «Господи Иисусе Христе, Николай Угодник, Пятница Параскева, Варвара Ве­ликомученица, простите меня все православные христиане, Мать сыра земля, небо синее, солнце ясное…» Но прежде всего молитвы «об освобождении жестокого при родах труда» были обращены к Богородице, особо действенным при этом считался образ Феодоровской Божьей Матери. На Русском Севере заступницей в родах почитали легендарную повивальную бабку Христа — Соломониду (Соломиду или Саламию). В Вологодском у. роженица молилась: «Пресвятая

Богородица, отпусти матушку Соломониду, не погнушайся мне грешной, помоги мне при родах». Источником появле­ния Соломониды в народной традиции было, с одной сто­роны, апокрифическое Первоевангелье от Иакова, а с дру­гой, — иконописная традиция, изображавшая рождение Спасителя при участии повивальной бабки. В Архангель­ской губ. женщины упоминали Соломониду и в заговорах при снятии порчи с детей и скота. В Сибири был известен также день Соломониды-бабушки, почитавшейся матерями, беременными и знахарками, его отмечали одновременно с первым Спасом (1/14 августа).

Дети, их здоровье, воспитание, обучение — все это было важнейшей заботой женщины-матери. Об исцелении мла­денца от болезней она молилась образу Богоматери Тихвин­ской, прп. Симеону Богоприимцу, св. вмч. Никите, св. Пан­телеймону и т. д. Основными помощниками в просвещении разума подрастающих детей и изучении грамоты считались св. Косма и Домиан и пророк Наум (1/14 декабря), кроме них обращались к святым, прославившимся премудростью и силой духа: Стефану, Матфею, Агапию, Прокопию и Фи — литу, а также молились иконам Божьей Матери — «Ключ разумения» и «Подательница (Прибавление) ума». В Ниже­городской и Ярославской губ. 1 апреля и 15 августа перед ними совершались молебны о даровании детям успеха «в усвоении веры и грамотности», а в другие дни молились в случае умственной отсталости ребенка.

По народному убеждению, «Бог помогает детей рас­тить», а уверенность в помощи святых, являвшихся жен­щине в видениях и снах (Богородицы, Николая Чудотвор­ца, вмч. Параскевы), придавала ей дополнительные силы, позволявшие переживать трудности. Верили, что материн­ские молитвы обладают такой чудодейственной силой, что способны спасти от нечистого душу оговоренного, прокля­того или погибшего ребенка. Кроме того, считали, что сорок дней и ночей непрестанной материнской молитвы могут вызволить проклятого ребенка от похитивших его нечистых. О погибших детях церковь рекомендовала мо­литься иконе Божьей Матери «Взыскание погибших». По тамбовскому поверью, мать, «заспавшая» ребенка, должна была несколько ночей подряд в одиночестве молиться в церкви в очерченном крестом круге. В первую ночь Бо­городица показывала ей ребенка в крови, во вторую — крови становилось меньше, и так до полного очищения. В народе передавались рассказы, в которых Богородица явилась молодице, спровоцировавшей несколько выкиды­шей, в преддверии ее смерти и, показав детей, которых она так и не родила, даровала жизнь для того, чтобы та отмолила грех в дальнем богомолье: «Помни день Антония, иди и отговейся у Антония и проси его, тогда тебя Бог по­милует». В некоторых местах на юге России, а также на Украине киевские подвижники св. Антоний и Феодосий

Печерские считались главными молитвенниками за согре­шивших матерей.

При семейных неурядицах и разладе во взаимоотноше­ниях с мужем женщины также искали заступничества у святых. «От нелюбви мужем жены» следовало молиться св. мч. Гурию, Самону и Авиве; чтобы вернуть загулявше­го супруга в семью, молились «об избавлении от блудли­вой страсти» прп. Мартениану, прп. Моисею, мч. Фомаиде (13 апреля) и прп. Иоанну Многострадальному, в день па­мяти которого, 18 июля, на юге России брошенные жены служили молебны. Об избавлении от пьянства и запоя обращались к прп. Моисею Мурину и св. мч. Вонифатию (19 декабря), который сам был пьяницей, но избавился от пагубной страсти. Семейные нужды наряду с болезнями были частым поводом женских обетов на Богородичные праздники и «временные» или «именные» пятницы. В Нов­городской губ., чтобы избавить мужика от запоя, спасти сына от армии и т. п., женщины приносили в церковь на «9 пятницу» тайное подаяние — куски холста, полотенца, лен, — клали их под крыльцо или на паперть и молились Богородице о помощи. В других местах в благодарность за помощь в делах или за исцеление замужние женщины в день Рождества Богородицы выполняли обеты, одаривая икону или часовню подношением различных предметов и обетных «привесок» в виде золотых и серебряных час­тей тела, получивших чудесное исцеление, а также «при­кладов» — ожерелий, монист, гривен, крестов, панагий, цепей, серег, перстней.

Литература:

1. Кабакова Г. И. Антропология женского тела в славянской тра­диции. М., 2001; 2. JIucmoea Т. А. Материнство и детство: пред­ставления и практика (по материалам Рязанского края в XIX— XX вв.) // Православие и традиционная народная культура Рязан­ской обл. Рязань, 2001; 3. Традиционная русская магия в записях конца XX в. СПб., 1993; 4. Архив РЭМ, ф. 7, on. 1, д. 56, 162.

В. Холодная

Комментировать