Главная > Мужики и бабы в русской культуре > СИЛА

СИЛА

Бытует в нескольких значениях — физическая мощь, телес­ная С; войско, вооруженная компания, ватага; влияние, власть; а также магическая способность человека влиять на других людей и ход событий. С. — важная составляющая мужского статуса и самосознания, мужской самореализации и магии.

Физическая С. (мочь, могута, крепость) уже с детства определяла самооценку мальчика и его место в кругу ровес­ников. Для ее обеспечения при рождении мальчика совер­шали специальные обряды, например перерезали пуповину на топоре или твердой дубовой доске, чтоб был так же крепок (девочке — на мягкой осиновой или на прянике). Значительную часть мальчишеских игр составляли разно­образные соревнования в С.

Особое значение С, как важнейшая мужская характери­стика, приобретала в период молодежных гуляний и драк, Целью которых было помериться С, испытать С, посмот­реть, чья возьмет. Драки обычно происходили между дерев­нями, а также улицами или разными концами деревень: «сила на силу», «стенка на стенку». Победившая сторона, как вспоминают участники этих столкновений, не получала ничего, кроме славы. «Вот здесь были кулачные бои, — рас­сказывает житель деревни в Курской обл. — Из-за чего? В основном, что: показать, кто сильней, какая улица силь­нее… победители. И ничего — просто вот эти слабее, а те сильнее. Слава такая — одна-единственная слава, больше ничего». Победа в драке определяла не только индивидуаль­ный статус, но и репутацию всей деревни.

В контексте деревенских драк актуальным становилось значение «С.» как воинства, войска. С. и слава (победа в драке) деревни, улицы и т. д. зависели в немалой степени от числа бойцов, которых она могла выставить. Целью драки было обратить противника в бегство или лишить

Возможности сопротивления; иногда драка представляла собой цепь поединков, и победителями считались те, кто оставался на поле боя, когда все соперники уже выведены из строя, то есть побеждали те, кто мог выставить больше бойцов. «Главное, чтоб там последние, — объясняет ста — рик-курянин, бывший участник драк. — Уже с той сторо­ны некого уже и бить — всех покорили. Значит, все: эти считаются, да: победители». При относительном равенстве числа участников на первый план ставился фактор физи­ческой С. отдельных бойцов. Для того чтобы обеспечить победу, каждая деревня выставляла одного-двух особенно крепких бойцов — силачей (крепашей), которые вступали в бой либо в начале, чтобы вывести из строя как можно больше противников и тем самым снизить их численный перевес, либо в конце побоища, когда главные С. уже были разгромлены и все зависело от исхода последнего поединка.

Мужская молодежь должна была продемонстрировать всем свою С, прежде чем перейти в статус взрослых муж­чин. Человек «в силах» — говорили о взрослых, но не ста­рых еще мужиках, способных к осуществлению всего ком­плекса как трудовых, так и репродуктивных функций. В этом контексте «С.» тесно связана с понятием закона и власти. «Взять силу» означало «завладеть властью», «быть в силе» — «иметь влияние, власть, связи». В ряде пословиц С. фигурирует как важнейшее основание власти: «Чья сила, того и воля (правда)»; «Кто силен, тот и волен»; «Сильная рука владыка». С. кладется также и в основание закона, будучи в народном понимании иногда более значимым фак­тором, чем закон: «Где сила, там и закон»; «Сильная рука кому не судья!»; «Кто сильнее, тот и правее»; «Сила закон ломит». Есть и другие пословицы, отказывающие С. в леги­тимности: «Силой у Бога не вырвешь»; «Не грешно, что дано, а что силою взято, то не свято». С. противопостав­ляется закону и правде: «Знает сила правду, да не любит сказывать». Традиция знает и факторы, которые могут взять верх над С: «Слово сильней побоев»; «И сила уму уступа­ет». Правда, есть и противоположные утверждения: «Сила ум ломает»; «Сила — уму могила». С. противопоставляется высшая власть: «На сильного Бог и Государь». Она (власть) способна не только покорить силу, но и лишить ее: «Побо — рает Бог и сильных»; «Что Богу не угодно, то и не сильно (не годно)». В пословицах, записанных в XIX в., среди фак­торов, берущих верх над С, указывается богатство: «И сила и слава богатству послушны».

Не менее значимой, чем физическая удаль, была в глазах народа С. духовная и магическая. Носителями духовной С. в народном понимании являлись, прежде всего, авторитет­ные люди духовного сословия: священники и монахи, извест­ные своей праведной жизнью, а также отшельники, старцы, Спасеники (т. е. те, кто спасались сами и спасали приходив­ших к ним), жившие в специально устроенных келейках при святых колодцах, у мест явления чудотворных икон (см. Мать-земля). Жители окружающих селений ходили к ним за советом и благословением, в поисках молитвенной помощи в кризисных и просто важных жизненных ситуа­циях: перед свадьбой, в случае болезни или смерти кого-то из близких, женщины — в случае бесплодия, чтобы вымо­лить себе дитя и т. п. С. молитвы праведника, по общему убеждению, могла спасти человека в самых трудных, без­надежных случаях. До сих пор не только в сельской мест­ности, но и в некоторых слоях городского населения жива вера в то, что «свет до сих пор стоит» благодаря духовной С. живущих в наших землях праведников.

Понятие «С.» могло относиться и к области бытовой магии, преимущественно мужской. «Туто-ка у нас два муж­чины колдовали, — рассказывала женщина в д. Морозово Пустошкинского р-на Псковской обл. — Женщины-то были, но они не гораздо». Это обычная для многих русских дере­вень формула распределения знахарских знаний: по общему убеждению, в большинстве своем это были женщины, те или иные магические знания имелись практически у каждой женщины, имевшей детей; некоторые из этих знаний прямо передавались в ходе родильных обрядов. Если же среди зна­харей был мужчина, то он, как правило, считался самым сильным. Если «сильной» знахаркой объявлялась женщина, то в большинстве случаев это была старая дева, вдова, бо — былка, бездетная или давно вырастившая детей и жившая одиноко. В женском знахарстве важнейшим фактором ста­новилась «кровь». Полагали, что бабкино лечение подейст­вует, если пациент ей «по крови» (под этим понималось реальное, пусть и отдаленное, родство либо физическое сходство: по цвету глаз, волос, кожи, строению тела). Фак­тически, в женском знахарстве право лечить (также гадать, привораживать и пр.) определялось по крови. В мужском — решающим фактором была С: больной искал того знахаря, который сильнее того, кто напустил на него болезнь (порчу). Нередко эта С. была персонифицирована: существовали поверья о невидимых со стороны, но реальных для знаха­ря помощниках: мелких бесах («мальчиках», «маленьких», «худеньких») числом от одного-двух до двенадцати, а иногда без счета, располагавшихся у хозяина на его заговоренном Посохе, ноже, топоре, костяных насечках ремня, у пастуха На кнуте, трубе или барабанке, под подкладкой одежды, в шапке, в лапте или за голенищем сапога. К этим вещам никому не разрешалось прикасаться, а передав их во время специального ритуала, хозяин передавал и магическую силу. Если же они попадали в руки к непосвященным, особенно женщинам, те, не справившись с бесами, сходили с ума, заболевали и в конце концов гибли.

По народным представлениям, владение магической С. связано с некоторыми мужскими занятиями: охотой (см.

Охотник), рыболовством, а также с занятиями пастуха, мельника, кузнеца, коновала, плотника, печника, пасечника, гончара.

Литература:

1. Вадейша А. М. Деревенский праздник: распределение ролей // Мифология и повседневность: Тендерный подход в антро­пологических дисциплинах. СПб., 2001. 2. Даль В. И. Пословицы русского народа: В 3 т. М., 1993; 3. Щепанская Т. Б. Сипа (коммуни­кативные и репродуктивные аспекты мужской магии) // Мужской сборник. Вып. 1. Мужчина в традиционной культуре: Социальные и профессиональные статусы и роли. Сила и власть. Мужская атри­бутика и формы поведения. М, 2001; 4. Щепанская Т. Б. Драки и браки: (сельские праздничные драки: по материалам поездок в Кур­скую, Псковскую, Новгородскую области в 1996—1997 гг.) // Мате­риалы полевых этнографических исследований: Вып 4. СПб., 1998.

Т. Щепанская

Комментировать